Игрушки

Ты меняла их как плейлист в три часа ночи
один трек кончился — следующий в очередь
я сидел в паузе между песнями
а ты уже танцевала под новый бит
они были яркие, новые, с заводской плёнкой
я был уже поцарапанный, с трещиной в корпусе
но ты всё равно брала меня в руки
крутила, смотрела, как я мигаю
а потом ставила на полку
и брала следующего

Карусель крутится, лошадки улыбаются
ты скачешь с одной на другую, не оглядываясь
а я каждый раз падал с этой чёртовой карусели
разбивался об асфальт, собирал себя по кускам
и снова ждал, когда ты вернёшься
потому что думал — может, я особенный
может, я не игрушка
а тот, кто останется после всех
но ты просто говорила: «следующий»

Ты дарила мне улыбки, как дешёвые наклейки
я клеил их на сердце, думал — навсегда
а ты уже смотрела в сторону
где стоял новый, блестящий, ещё не сломанный
я убивался раз за разом
писал тебе в три ночи, когда ты уже спала с ним
я думал: если достаточно сильно разбиться —
ты заметишь, подберёшь, починишь
но ты просто проходила мимо
и брала следующего
а я оставался лежать на полу
с оторванной рукой и надписью «сделано двадцать девятого»

Теперь я сижу в темноте
и слушаю, как поётся голосом
о том, как ты скакала
а я падал
и падал
и падал
но больше не жду, когда ты вернёшься за мной
я уже не игрушка
я уже не на полке
я теперь звук
который ты когда-нибудь услышишь
и поймёшь —
это был последний, кого ты могла сломать