Куплет 1
Разгоняется солнце, расступаются тучи,
В Спрингфилде снова день самый кипучий.
Барт пишет на доске очередную фразу,
А потом на скейте улетает с виража сразу.
Гомер на заводе дремлет у пульта,
Пончик в руке — это больше, чем культ, да!
Мардж собирает прическу до неба,
Лиза с саксофоном ищет истину где бы,
А Мэгги молчит, соску крепко сжимая,
Она в этом доме опасней, чем мы знаем.
Припев
Желтый цвет на экране,
Все собираются вместе на старом диване!
Пусть в Спрингфилде вечно творится бедлам,
Эта семейка знакома всем нам.
Куплет 2
В таверне у Мо снова пенное льется,
Мистер Бернс над планами зловеще смеется.
Фландерс кричит: «Приветливый сосед!»,
Но у Гомера на это терпения нет.
Красти смешит всех сквозь грусть и усталость,
Сколько сезонов еще нам осталось?
Годы идут, но ничто не стареет,
Желтый мирок на экране всё так же нас греет.
Припев
Желтый цвет на экране,
Все собираются вместе на старом диване!
Пусть в Спрингфилде вечно творится бедлам,
Эта семейка знакома всем нам.
Разгоняется солнце, расступаются тучи,
В Спрингфилде снова день самый кипучий.
Барт пишет на доске очередную фразу,
А потом на скейте улетает с виража сразу.
Гомер на заводе дремлет у пульта,
Пончик в руке — это больше, чем культ, да!
Мардж собирает прическу до неба,
Лиза с саксофоном ищет истину где бы,
А Мэгги молчит, соску крепко сжимая,
Она в этом доме опасней, чем мы знаем.
Припев
Желтый цвет на экране,
Все собираются вместе на старом диване!
Пусть в Спрингфилде вечно творится бедлам,
Эта семейка знакома всем нам.
Куплет 2
В таверне у Мо снова пенное льется,
Мистер Бернс над планами зловеще смеется.
Фландерс кричит: «Приветливый сосед!»,
Но у Гомера на это терпения нет.
Красти смешит всех сквозь грусть и усталость,
Сколько сезонов еще нам осталось?
Годы идут, но ничто не стареет,
Желтый мирок на экране всё так же нас греет.
Припев
Желтый цвет на экране,
Все собираются вместе на старом диване!
Пусть в Спрингфилде вечно творится бедлам,
Эта семейка знакома всем нам.
