Десяток всяких хобби, спортивные кружкИ,
Прогулки тёмной ночью, весёлые дружкИ —
Мечтали мы тогда скорее повзрослеть.
Не нужно было этого так сильно мне хотеть!
Я так спешила жить — теперь я понимаю:
Блаженство было в том, чего я знать не знаю.
Теперь же рефлексия — мой самый верный друг,
А мысли о грядущем наводят лишь испуг.
А главная ошибка — всю жизнь искать себя
И тратить драгоценные на это времена.
Не надо торопиться, постой, остановись —
Ещё успеешь вырасти, ты жизнью насладись!
Я так спешила жить — теперь я понимаю:
Блаженство было в том, чего я знать не знаю.
Теперь же рефлексия — мой самый верный друг,
А мысли о грядущем наводят лишь испуг.
Когда давно за тридцать,
Полёт ушедших дней
Ты ощущаешь телом —
И чувство всё острей.
Слабеет радость жизни,
И всё теряет вкус.
Не торопись взрослеть —
Успеешь, я клянусь!
Я так спешила жить — теперь я понимаю:
Блаженство было в том, чего я знать не знаю.
Так много стало всякого — я скоро долбанусь,
А мысли о грядущем... да пофиг, я держусь.
Прогулки тёмной ночью, весёлые дружкИ —
Мечтали мы тогда скорее повзрослеть.
Не нужно было этого так сильно мне хотеть!
Я так спешила жить — теперь я понимаю:
Блаженство было в том, чего я знать не знаю.
Теперь же рефлексия — мой самый верный друг,
А мысли о грядущем наводят лишь испуг.
А главная ошибка — всю жизнь искать себя
И тратить драгоценные на это времена.
Не надо торопиться, постой, остановись —
Ещё успеешь вырасти, ты жизнью насладись!
Я так спешила жить — теперь я понимаю:
Блаженство было в том, чего я знать не знаю.
Теперь же рефлексия — мой самый верный друг,
А мысли о грядущем наводят лишь испуг.
Когда давно за тридцать,
Полёт ушедших дней
Ты ощущаешь телом —
И чувство всё острей.
Слабеет радость жизни,
И всё теряет вкус.
Не торопись взрослеть —
Успеешь, я клянусь!
Я так спешила жить — теперь я понимаю:
Блаженство было в том, чего я знать не знаю.
Так много стало всякого — я скоро долбанусь,
А мысли о грядущем... да пофиг, я держусь.